a_lex_7 (a_lex_7) wrote,
a_lex_7
a_lex_7

Categories:

ПОСМЕРТНОЕ ДОНОРСТВО

Практики трансплантации сегодня представляют собой пограничную в биоэтическом плане деятельность. С одной стороны – это новая высокотехнологичная медицина, которая выводит нас «за грань» традиционных представлений о возможностях и допустимых перспективах «улучшения» человека, что позволяет гордиться новыми достижениями биомедицины. С другой стороны, трансплантологическая практика постоянно порождает биоэтические вопросы о допустимости, целесообразности, этичности тех или иных действий в контексте спасения (продления) человеческой жизни, донорства органов, становясь эпицентром нравственных коллизий и рассуждений о границах вмешательства человека в природный (Божий) промысел.



Когда мы говорим о трансплантации в контексте спасения конкретной человеческой жизни, этические вопросы становятся еще более острыми и актуальными, усложняясь психологическими факторами, реалиями знаний/незнаний, предпочтений и пожеланий конкретных людей, вовлеченных в пространство трансплантации (донор, реципиент, а также их родственники).

Один из наиболее сложных в этическом плане вопросов, связанных с практиками трансплантации, является посмертное донорство и, в частности, принятая в стране позиция «презумпции согласия» в отношении посмертного донорства.

В современном мире существуют три основных позиции в отношении решения вопросов посмертного донорства – «презумпция согласия», «презумпция несогласия» и так называемая смешанная позиция (сочетающая элементы первых двух). Можно также говорить и о позиции рутинного забора органов, суть которой состоит в том, что после смерти человека его тело рассматривается как собственность государства и, соответственно, решение о заборе органов принимается исходя из интересов государства и общества. Такая модель забора органов для трансплантации существовала в ХХ веке, однако в сегодняшнем обществе, где соблюдение прав человека имеет особое значение, рутинное изъятие органов воспринимается как абсурдная практика.

Выбор той или иной позиции в соответствии с международными принципами относится к компетенции государства. В руководящих принципах ВОЗ по трансплантации органов и тканей (63-я сессия Всемирной ассамблеи здравоохранения, 21.05.2010 г., резолюция WHA63.22) разъясняется, что «в зависимости от социальных, медицинских и культурных традиций каждой страны, а также от того, каким образом семьи участвуют в процессе принятия решений относительно своего здоровья в целом, согласие на получение органов и тканей от умерших может быть «четко выраженным» или «предполагаемым». В обеих системах любое надежное свидетельство непринятия человеком посмертного изъятия его клеток, тканей или органов воспрепятствует такому изъятию».

«Презумпция несогласия», принятая в ряде государств (например, Дания, Нидерланды, Литва, Румыния и др.) предполагает, что клетки, ткани и органы могут быть изъяты из тела умершего только в том случае, если умершим при жизни было недвусмысленно заявлено согласие на такое изъятие. В зависимости от существующего в стране закона выражение согласия на посмертное донорство органов и тканей допускается в устной форме или может быть зафиксировано в карте донора, водительских правах или удостоверении личности, либо в медицинской карте или реестре доноров. В случае, если умерший при жизни не оставил ни положительного, ни четко отрицательного отношения к изъятию органа, разрешение должно быть получено от уполномоченного в правовом порядке лица, каковым обычно является член семьи. Примером действия «презумпции несогласия» можно считать соответствующий порядок, установленный в Литве: в соответствии с литовским законодательством в стране действует информированное согласие на забор органов и тканей после смерти и система донорских карт. В всех медицинских заведениях Литвы, либо онлайн на сайте ntb.lt любой дееспособный гражданин Литвы может заполнить утвержденную форму и дать согласие на забор органов после смерти (всех органов или частично).

Вторая группа стран в отношении посмертного донорства придерживается позиции «презумпции согласия» (Австрия, Бельгия, Болгария, Чехия, Норвегия, Польша, Португалия, Россия и др.). Такая модель законодательно принята и в Беларуси. В соответствии с «презумпцией согласия» все совершеннолетние граждане страны «по умолчанию» согласны на то, что после их смерти любые их органы могут быть изъяты для трансплантации. Безусловно, при наличии прижизненного несогласия на изъятие органов предусмотрена возможность отказа, который фиксируется, в частности, в «Едином регистре трансплантации». Так, в республике Беларусь такая возможность предусмотрена ст. 10-1 республиканского закона «О трансплантации органов и тканей»: «дееспособные граждане вправе представить в государственную организацию здравоохранения по месту жительства (месту пребывания), а также в иную государственную организацию здравоохранения, в которой им оказывается медицинская помощь, письменное заявление о несогласии на забор органов для трансплантации после смерти. В отношении несовершеннолетних, за исключением тех, которые приобрели в установленном порядке дееспособность в полном объеме, и лиц, признанных в установленном порядке недееспособными, такое заявление представляется их законными представителями. В отношении лиц, не способных по состоянию здоровья к принятию осознанного решения, данное заявление представляется супругом (супругой) или одним из близких родственников». В соответствии с законом и подзаконными актами заявления граждан о несогласии на забор органов для трансплантации после смерти представляются в любую организацию здравоохранения, затем поступают в Единый регистр трансплантации (ст. 10-2 закона), где регистрируются и вносятся в базу данных. Единый регистр трансплантации был создан в мае 2013 года в РНПЦ трансплантации органов и тканей учреждения здравоохранения «9-я городская клиническая больница» г. Минска. Так, по информации на 01.12.2017 в регистре содержалось 2351 заявление лиц, которые в установленном порядке заявили о несогласии на забор органов и (или) тканей для трансплантации после смерти. Забор органов у умершего донора не допускается, если лицо при жизни в установленном порядке заявило о своем несогласии; также забор органов не допускается, если в государственную организацию здравоохранения «до момента забора органов представлено заявление о несогласии на забор органов для трансплантации, написанное супругом (супругой), а при его (ее) отсутствии - одним из близких родственников или законным представителем умершего донора» (ст.11 закона Республики Беларусь «О трангсплантации органов и тканей»).

Вопрос о «плюсах и минусах», «правильности и неправильности» презумпций согласия и несогласия зачастую становится одним из самых остро дискутируемых в решении биоэтических проблем трансплантации. Хотя в реальности каждая из систем имеет свои «плюсы» и «минусы» и накладывает определенные обязательства на организаторов системы здравоохранения (трансплантации) и биоэтическую общественность.

Говоря о «плюсах» «презумпции согласия» чаще всего называют 3 аргумента. Первый опирается на идею о том, что принятие презумпции согласия обеспечивает системе здравоохранения (государству) наличие максимального числа доноров (т.к. при отсутствии оформленного отказа на посмертный забор органов, человек автоматически считается согласным на изъятие органов, несмотря на его внутренние убеждения и пр.). Несмотря на бесчеловечность и поверхностность такого аргумента, он достаточно часто выдвигается как сторонниками, так и противниками «презумпции согласия».

Второй аргумент, приводимый в контексте «удобства» презумпции согласия - организационный, что подразумевает отсутствие серьезных затрат для государства на создания системы заполнения/хранения/учета донорских карт (или их аналогов).

Третий аргумент в «пользу» «презумпции согласия» звучит не так часто, однако достаточно серьезен, т.к. отсылает нас к особенностям менталитета современного человека. Необходимо помнить, что современная культура часто «табуирует» мысли о смерти. О менталитете современного общества «не замечающего смерть», вычеркивающего ее из свое культуры писал известный французский ученый-антрополог Ф. Арьес, предпринявший попытку показать антропологию общества через призму отношения к смерти. Современный этап отношения к смерти Арьес называет “смерть перевёрнутая”. Страх смерти в ХХ в. развивается до такой степени, что она вытесняется из коллективного сознания и современное общество словно бы игнорирует ее. «Смерть становится несчастьем и препятствием, ее стараются не только удалить от взоров общества, но и от самого умирающего, дабы не делать его несчастным. Таким образом, можно сказать, что мы живем в эру «невидимой смерти»» [Ф. Арьес, «Человек перед лицом смерти» ].

В точности повторяя высказывания Арьеса (применительно к рассматриваемому вопросу) можно сказать, что мы делаем вид, что смерти не будет и вопросы «послесмертные» (изъятие моих органов после смерти) решать не хотим. Психологически большинство современных людей не настроены при жизни рассматривать вопросы, связанные со смертью, оформлять какие-либо бумаги (например, отказ от посмертного изъятия органов), что связано с подсознательным нежеланием вносить в свою жизнь столь явное напоминание о собственной смертности. В таком «психологическом» контексте презумпция согласия в отношении посмертного забора органов для трансплантации более приемлема для большинства людей.

Однако, все эти «плюсы» принятия «презумпции согласия» в обществе имеют обратную сторону. Без учета этой «обратной» стороны мы будем иметь полное нарушение биоэтического принципа автономии личности и прав человека. Первым должно быть названо требование абсолютного и тотального знания существующей позиции всеми членами общества. Вторым - необходимость формирования альтруистической позиции в обществе в отношении жертвования органов (в рассматриваемом контексте – посмертного жертвования). Если мы не создадим условий для получения гражданином информации относительно жертвования органов, позиции «презумпции согласия» в отношении посмертного донорства органов, возможности отказа от посмертного донорства органов и роли родственников в этом процессе – мы нарушим право человека распоряжаться своим телом, высказывать свою волю. Если мы говорим о соблюдении прав человека, автономии личности, то должны отдавать себе отчет в том, что каждый человек имеет право на информацию (особенно ту, которая его непосредственно касается), на признание его позиции и собственный выбор решения: «Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ» (ст. 19 Всеобщей декларации прав человека). Не занимаясь вопросами просвещения общества (равно как и каждого гражданина) по вопросам донорства/посмертного донорства органов/существующей позиции «презумпции согласия» мы, по сути, создаем почву для рождения мифов, слухов, недостоверной информации и непонимания вопросов донорства.

Именно руководствуясь морально-этическими соображениями, немецкий Бундестаг год назад отклонил законопроект правительства, включавший введение презумпции согласия на посмертное донорство. Такими донорами предлагалось сделать всех, кто при жизни не заявил о своем отказе. Депутаты решили, что такая модель чрезмерно ограничивает право человека на личное самоопределение.

Вместе с тем, подавляющее большинство жителей Германии, по опросам, положительно относятся к изъятию внутренних органов у умерших людей для пересадки безнадежно больным пациентам и сами готовы стать посмертными донорами. На практике, однако, ФРГ занимает одно из последних мест в Европе по их числу. В 2019 году только 932 умерших в немецких больницах пациента стали посмертными донорами. При этом в очереди на трансплантацию стоят в Германии около 10 000 пациентов. Каждый год примерно тысяча из них либо умирают, так и не дождавшись подходящего донорского органа, либо состояние их здоровья настолько ухудшается, что трансплантация становится невозможной.

По действующим в настоящее время немецким законам, изъятие органов у умершего пациента допускается в строго ограниченных случаях. В идеале человек еще при жизни должен был письменно изъявить свое согласие либо в так называемом "завещании пациента" (Patientenverfügung), либо в "удостоверении донора" (Spenderausweis). Такие удостоверения - картонные карточки размером с кредитную - носят в своих портмоне, по опросам, примерно 40% немцев, причем, 37% задокументировали в них свое согласие на посмертное изъятие органов. Если у умершего человека нет ни "завещания пациента", ни "удостоверения донора", то решение принимают его близкие - либо выполняя его последнюю устную волю (40% случаев), либо в соответствие с собственными морально-этическими представлениями (19%). В таких случаях довольно часто (41%) принимаются решения против изъятия органов.

Кроме того, в Испании, как и в целом ряде других европейских стран, разрешено изымать внутренние органы и у людей, умерших от коллапса сердечнососудистой системы, то есть после остановки сердца. В Германии - только у тех, у кого зафиксирована смерть головного мозга, а сердце еще продолжает биться.

Источники: Сокольчик В.Н. Презумпция согласия: общественное мнение и биоэтические вызовы

В Германии сохранили ограничения на изъятие органов у посмертных доноров
Tags: медицина, мораль, юриспруденция
Subscribe

Posts from This Journal “медицина” Tag

  • ДЕНЬГИ для ПРОКАЖЕННЫХ

    Проказа (лепра, болезнь Хансена) является одним из древнейших заболеваний. Поскольку в течение столетий механизм ее возникновения был неизвестен, а…

  • ЛЕЙЛА ДЕНМАРК — ВРАЧ-ДОЛГОЖИТЕЛЬ

    Лейла Денмарк — американский педиатр, она активно участвовала в создании вакцины от коклюша. Эта женщина заслуживает уважения за свой вклад в…

  • ФАНТОМЫ и ФАНТОМНЫЕ БОЛИ

    Одному моряку в результате несчастного случая отрезало указательный палец на правой руке. Все последующие сорок лет его мучил назойливый фантом…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment