a_lex_7 (a_lex_7) wrote,
a_lex_7
a_lex_7

Category:

СТРАТЕГИЯ КУЛЬТУРНОЙ ЗАЩИТЫ

В июне 1996 года Дориан Ламбле Коулман из Школы права при Университете Говарда опубликовала статью в журнале Columbia Law Review под названием «Индивидуализация справедливости с помощью мультикультурализма: дилемма либералов». Она обратила внимание на серию судебных дел с участием иммигрантов в качестве обвиняемых, в которых «защита представила, а обвинитель или суд учли свидетельство культурного характера в качестве оправдания поведения иммигрантов-обвиняемых, которое в ином случае классифицировалось бы как преступное». В этих случаях возобладало предположение, что о моральной виновности иммигрантов-обвиняемых следует судить на основании их собственных культурных стандартов. Хотя в законах ни одного из государств показания, касающиеся культуры, не считаются основой для оправдания, Коулман отметила, что некоторые комментаторы и судьи назвали это стратегией «культурной защиты».
В каких именно делах «культурная защита» использовалась в качестве одной из стратегий? В Калифорнии некая американская мать, японка по происхождению, топит двух своих малолетних детей, а потом пытается покончить с собой; спасателям удается спасти ее прежде, чем она утонула. Позже она поясняет, что в Японии ее действия были бы поняты как освященный временем обычай самоубийства родителя и ребенка (oya-ko-skinzu), в данном случае спровоцированный неверностью ее супруга. Она проводит в тюрьме только год, в течение которого находилась под судом, - другими словами, ее оправдали.
В Нью-Йорке американка китайского происхождения насмерть забита собственным мужем. По его словам, такие действия согласуются с китайским обычаем смывать позор, подобный тому, что навлекла на него его неверная жена. По обвинениям в убийстве он признан невиновным.
В Калифорнии молодая американка лаосского происхождения похищена с места своей работы в Университете штата Калифорния в городе Фресно и принуждена к вступлению в половой акт. Насильник, иммигрант-хмонг (из числа тех людей, живущих на лодках, кто бежал из Камбоджи и Лаоса на завершающих стадиях вьетнамской войны), объясняет, что у людей его племени такое поведение считается обычным способом выбора невесты. Его приговаривают к 120 дням тюремного заключения, а его невеста получает 900 долларов в возмещение нанесенного ей ущерба.
Использование стратегии зашиты по культурным мотивам - в данных случаях то, что Бонни Хониг игриво выразила словами «Меня заставила сделать это моя культура», - двояким образом подрывает некоторые из основных статей американского законодательства, направленных против дискриминации. Во-первых, культурная защита приводит к несоизмеримому с обычной практикой наказанию для лиц, относимых к иностранным культурам, если ее применяют для избавления от уголовного преследования одних преступников или для смягчения приговоров другим. Во-вторых, признание в судебных инстанциях различных культурных норм, часть которых по существу своему дискриминационна, так как занижается оценка женщин и детей и к ним относятся как к менее значимым в моральном и политическом отношении людям, подрывает сам смысл мультикультурализма в некоторых его аспектах.
Цель, с которой к аргументации культурного свойства прибегают для защиты в уголовных делах, состоит в том, чтобы добиться справедливости по отношению к обвиняемому, поставив его действия в контекст соответствующей культуры. Но проявляя справедливость по отношению к обвиняемому, несправедливости подвергают жертв, относящихся к той же самой культуре. Защита допускает, что «человек, воспитанный в канонах иной культуры, не должен нести полную меру ответственности за поведение, нарушающее американские законы,... [если такое поведение] признается приемлемым в рамках его родной культуры». Это допущение аргументируют тем, что либо человек, вероятно, еще не имел возможности узнать об обычаях и законах США; либо, если такая возможность у него была, его собственные обычаи, ценности и законы следует тем не менее тоже уважать. Конечно, второе утверждение открывает шлюзы для культурного релятивизма. В уголовных делах это чревато полным подрывом положений американской Конституции, гарантирующих равную защиту со стороны закона и отсутствие дискриминации.
Коулман называет головоломки, вызванные все более активным использованием культурной защиты в американских судах, «дилеммой либералов». С тем же успехом она могла бы назвать их «кошмаром либералов». Попытка со стороны либеральных судов быть справедливыми с точки зрения культурного плюрализма и учитывать разнообразие культурного опыта иммигрантов вызывает растущую уязвимость самых слабых членов подобных групп - а именно женщин и детей. Детям всегда, а женщинам - в большинстве случаев отказывают в полновесной защите со стороны американских законов, потому что их правовое положение определяется прежде и больше всего в свете их членства в общинах, из которых они происходят. В случае с американкой лаосского происхождения из университета города Фресно, являвшейся гражданкой США, суд проигнорировал ее американское гражданство и в соответствии с жестокой первобытной логикой рассматривал ее как члена сообщества хмонгов, хотя она получила американское гражданство по праву рождения или в силу статуса беженцев. Все сообщество хмонгов (которые сами являются третируемым меньшинством) было мобилизовано, чтобы писать справки для суда, объясняя свои обычаи и традиции не воспринимающим их американской правовой системе и средствам массовой информации.
Но что если подвергшаяся насилию молодая женщина оказалась символической жертвой в ряду деликатных межкультурных договоренностей? Возможно, что судья, решивший смягчить приговор ее насильнику, тем самым также признал и то зло, которое было совершено Соединенными Штатами во время вьетнамской войны против народов Лаоса и Камбоджи. Не могло ли случиться так, что - подобно случаю с дочерью Агамемнона Ифигенией, которую пришлось принести в жертву, чтобы умилостивить рассерженных богов и побудить их надуть ветром паруса афинского флота, - суды, примиряясь с обычаем «женитьбы через изнасилование» у иммигрантов-хмонгов, пошли на запоздалое признание неприкосновенности культуры, которую всего несколькими десятилетиями ранее правительство США стремилось уничтожить? Будет ли преувеличением усматривать во всех подобных делах пример «женского трафика», в ходе которого мужчины доминирующей и миноритарной культур подают сигналы о признании и уважении обычаев противоположной стороны? Где в этих ситуациях возникает возможность - культурная, правовая, политическая и моральная, позволяющая оспорить предположение, будто всякая личность, социализированная в условиях определенной культуры, должна действовать соответствующим этой культуре образом и мотивироваться ее ценностями и соображениями? Все ли китайцы убивают своих жен, если те наставили им рога, как это сделал иммигрант из Нью-Йорка? Все ли обманутые собственными мужьями японки пытаются убить своих детей и себя? Стратегия культурной защиты заключает личность в клетку однозначных культурных трактовок и психологических мотиваций; намерения индивидов сводятся к культурным стереотипам; моральный фактор низводится до культурного ханжества.

Источник: Бенхабиб Сейла. Притязания культуры. Равенство и разнообразие в глобальную эру / Пер. с англ.;под ред. В.И. Иноземцева. М.: Логос, 2003. - 350 с.
Tags: США, культура, равенство, справедливость, ценности, юриспруденция
Subscribe

Posts from This Journal “юриспруденция” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment